Главная / Экспертное мнение / М.А. Бурда прокомментировал результаты прошедших в сентябре выборов глав субъектов РФ

М.А. Бурда прокомментировал результаты прошедших в сентябре выборов глав субъектов РФ

9 сентября 2018 года в Москве и еще в 21 регионе Российской Федерации прошли выборы глав субъектов. Результаты выборов прокомментировал Михаил Александрович Бурда, кандидат политических наук, доцент кафедры политологии и политического управления ИОН РАНХиГС.

9 сентября в Российской Федерации прошли губернаторские выборы. Видите ли Вы в результатах этих выборов что-то необычное, может неожиданное для Вас лично? Или все прошло в рамках нормы, только с небольшими изменениями на местах?

На самом деле, по данному вопросу существует несколько точек зрения. Я же придерживаюсь достаточно усредненной позиции, ведь если мы посмотрим на результаты губернаторских выборов по всей стране, то увидим, что глобально ничего не изменилось. Также следует понимать, что в целом кандидаты, которые имели всяческую поддержку действующей власти, победили уверенно и разгромно.

При этом, когда многие эксперты обсуждают итоги губернаторских выборов, почему-то совершенно забывают про Орловскую область, где губернатором стал представитель КПРФ (Андрей Клычков), который не встретил достойной конкуренции со стороны других партий. Действующая власть негласно поддержала этого кандидата, сейчас же он вполне справляется с обязанностями губернатора.

Безусловно, следует помнить, что Орловская область – это исконная вотчина коммунистов. Но тем не менее на этой избирательной кампании особо никто внимания не заострял, хотя здесь вполне себе оппозиционный губернатор.

Неожиданное поражение единоросса Виктора Зимина, который был губернатором Республики Хакасия с 2009 г. и, соответственно, будущая победа молодого коммуниста Валентина Коновалова. Разгромный провал кандидата от «Единой России» Вячеслава Шпорта, также занимавшего свою должность губернатора Хабаровского края с 2009 г., и победа представителя ЛДПР Сергея Фургала. Есть ли какая-то общая взаимосвязь поражений у явных завсегдатаев губернаторских кресел? Или это все частные неудачи политтехнологов на протяжении избирательных кампаний?

Что касается тех результатов, которые вызвали некий общественный резонанс, то я бы разделил их на две категории: к первой категории я бы отнес выборы в Приморье и в Республике Хакасия, а ко второй категории я бы отнес окончательно состоявшиеся выборы, где губернатор уже вступает в свои полномочия – это Хабаровский край и Владимировская область.

Если мы говорим о Республике Хакасия и Приморье, то становится очевидно, что действующая власть была неприятно поражена результатами выборов в этих регионах. В первую очередь это удивление связано с тем, что оба кандидата (В.М. Зимин и А.В. Тарасенко) были поддержаны центральной властью, но, как мы видим, на результатах эти элементы абсолютно не сработали.

Говоря о результатах губернаторских выборов во Владимирской области, в первую очередь следует отметить, что система муниципальных фильтров не всегда работает и совершенно не спасает действующего кандидата от поражения, если он осуществляет неэффективное управление.

Например, во Владимирской области не пустили достаточно сильного кандидата от КПРФ, который мог бы побороться за победу еще в первом туре – Максима Шевченко. Его как раз срезали на так называемом муниципальном фильтре. Соответственно, это не уберегло С.Ю. Орлову от поражения, а может быть еще больше консолидировало протестный электорат и объединило тех, кто хотел голосовать за М. Л. Шевченко и В.В. Сипягина. В итоге население пошло голосовать против действующего губернатора.

Владимирская область – регион достаточно депрессивный, закрыто практически все производство. Чтобы получать достойную заработную плату, огромное количество жителей области вынуждено ездить на работу в соседние регионы. Положение довольно незавидное, честно говоря, и данное положение было достигнуто именно при действующем губернаторе С.Ю. Орловой.

Получается, что если мы рассматриваем итоги губернаторских выборов во Владимирской области, то приходим к выводу о том, что это было скорее личное поражение Светланы Орловой, а не победа системной оппозиции?

Я считаю, что это было именно поражение С.Ю. Орловой, а не победа системной оппозиции, то есть лучше сказать другого кандидата. Давайте зададимся вопрос о том, кто такой В.В. Сипягин с точки зрения глобального политического процесса, или даже на уровне Владимирской области. Господин Сипягин – это активист ЛДПР, который, если рассматривать ситуацию условно, от простого члена партии дорос до руководителя регионального отделения и был выдвинут на пост губернатора области. Почему он, собственно, и прошел муниципальный фильтр? Да потому, что действующий губернатор совершенно не рассматривала его как достойного конкурента.

Главная заслуга Сипягина состоит в том, что он смог катализировать весь протестный электорат, который существует в регионе. То есть в любом случае это не поражение Единой России как политической силы. Это поражение конкретного человека.

20 сентября ЦИК отменила результаты второго тура губернаторских выборов в Приморье, основываясь на очевидных фальсификациях и внешних вмешательствах в избирательный процесс. В связи с этим у меня к Вам такой вопрос: что же в целом пошло не так для Андрея Тарасенко? Неудачно выбранная тактика действий или реакция населения на проведение центром пенсионной реформы?

Я думаю, что здесь есть несколько факторов, которые повлияли на случившиеся события. Во-первых, фактор не совсем эффективной работы врио губернатора с точки с зрения устранения последствий наводнения, которое не так давно прошло в Приморье.

Во-вторых, необходимо учитывать, что в восточных регионах сбор металлолома является одной из разновидностей частного бизнеса, там этим занимаются многие люди, и именно при А.В. Тарасенко действующая региональная власть пыталась всяческими способами монополизировать этот рынок.  То есть существует вероятность того, что данный кандидат просто не нашел точек соприкосновения с местными бизнес-элитами.

Не следует забывать, что губернатор на сегодняшний день – это очень зависимая политическая фигура. Сегодняшний российский губернатор – это совершенно не тот губернатор, что был в конце 90- х годов.

Как Вы считаете, сегодняшний губернатор зависит все-таки от центра или от местных элит?

Российский губернатор зависит и от центра, и от местных элит, и от силовиков. То есть он находится на некоем перепутье. И зачастую губернатор не может определиться с кем ему быть: с федеральным центром или с местными элитами.

Как раз на примере А.В. Тарасенко мы видим, что у него имелись достаточно устойчивые связи с центром, также у него были некие отношения с силовым блоком, который его если и не поддерживал, то, скажем так, не оказывал какого-то существенного и явного давления. Но при этом возможно был конфликт с местными элитами. И в данном конкретном случае местные элиты оказались сильнее федерального центра.

Как Вы думаете, можем ли мы связать данные поражения с реакцией населения на принятие пенсионной реформы, повышение НДС и прочих непопулярных реформ?

Безусловно, это наложило свой отпечаток, но опять-таки мы должны учитывать результаты именно всей страны. А результаты по всей стране достаточно приемлемы для действующей власти.

Мы должны тогда скорее задаться вопросом относительно того, почему, например, в Республике Хакасия, Хабаровском крае, Владимирской области и Приморье население отреагировало на непопулярные реформы, а в других регионах все прошло достаточно гладко: больше нигде нет вторых туров, да и разрывы были достаточно комфортные для победителей. И если обобщать эти поражения, то, во-первых, в этих регионах так получилось, что либо было протестное голосование, как во Владимирской области, либо были сильные региональные фигуры, которые, действительно, пользуются определённой популярностью и поддержкой в регионе. Такие кандидаты, как А.С. Ищенко в Приморье и С.И. Фургал в Хабаровском крае, – люди довольно известные на региональном уровне.

Так называемые «нежелательные» победители губернаторских выборов обладают ли реальной политической властью или возможностью проводить и реализовывать политику своих партий (КПРФ, ЛДПР), или они просто плавно вклинятся в четкую вертикаль власти? 

Во-первых, следит помнить, что КПРФ и ЛДПР – это системная оппозиция, поэтому я не думаю, что непосредственно в субъектах Российской Федерации они начнут проводить какую-то принципиально отдельную политику от федерального центра. На сегодняшний день в системе государственной власти Российской Федерации у губернатора просто нет таких возможностей и полномочий оторваться от федерального центра. Губернаторы ведь напрямую зависимы от трансферов федерального бюджета, их излишняя строптивость может привести к плачевным результатам и повлиять на финансовую судьбу региона. То есть у федерального центра есть достаточное количество инструментов, чтобы надавить на губернатора в определенном аспекте, если он достаточно сильно выходит из-под контроля.

Неужели федеральному центру по большому счету не столь важно, кто именно является губернатором региона?

В первую очередь важно понимать, что случившееся – это скорее проблема имиджевых потерь. Говоря условно, мы отмечаем наличие определенной партии, что имеет большинство голосов в парламенте, и губернаторском корпусе, который резко начинает терять свои позиции в регионах. Потому что если мы внимательно посмотрим, то увидим, что у нас уже давно не было вторых туров практически нигде на региональных выборах, про федеральные я и не говорю. И, конечно, имиджевая составляющая того, что федеральный центр поддержал кого-то гласно, а кого-то нет, но ведь поддержал.

Ту же Орлову во Владимирской области в любом случае федеральный центр хоть и негласно, но поддержал, несмотря на то что она имеет не самые высокие рейтинги в регионе. А в итоге оказалось, что, если кроме поддержки центра ничего больше нет, то становится все очень печально.

Надо работать с населением. В депрессивных регионах время лозунгов уже давно прошло. Подобными лозунгами можно выиграть выборы в Москве, как это сделал действующий мэр, например. Я имею в виду слоган «Посмотрите, как похорошела Москва». А по факту за этим слоганом ничего, по сути, и нет. Ибо Москва – регион финансово обеспеченный и у жителей Москвы нет таких насущных проблем, которые есть у жителей Владимирской области. Владимир, кстати, – это тоже красивый город, входит в состав «Золотого кольца» России. Но лозунг «Как похорошел Владимир при госпоже Орловой» не будет работать, потому что там надо выходить и объяснять людям почему закрыты производства, почему людям надо выезжать из города, чтобы получать достойные зарплаты. Во Владимирской области холодильник победил телевизор.  

 Российские СМИ уже успели объявить о новом сезоне «губераторопаденя» (смена губернаторов в Липецкой, Курганской, Астраханской и др. областях). Как Вы считаете, данное мероприятие является лишь продолжением политики по обновлению сил, или же это следствие явных провалов избирательных кампаний некоторых представителей «Единой России»?

Я думаю, что это следствие перехода на новый формат губернатора, который востребован в действующей системе органов государственной власти. Я говорил уже, что на сегодняшний день губернатор – это крайне зависимая фигура, и губернатор все больше и больше утрачивает статус политика и все больше приобретает статус менеджера-управленца.

Вы говорите об образе губернатора-хозяйственника?

Нет, я бы не стал говорить «хозяйственник». Такое понятие у нас больше ассоциируется с понятием «красный директор». Допустим, хозяйственник у нас  – это Юрий Михайлович Лужков. Когда страна была в полуразрушенном состоянии, была потребность на губернатора-хозяйственника, чтобы это все окончательно не развалилось, потом, соответственно, получил свое развитие следующий тренд – это был губернатор-силовик.

Хозяйство вроде как не растащили, и нужно было всеми силами побеждать криминал и выстраивать строгую вертикаль власти, вертикаль соподчиненности. Многие губернаторы служили в органах государственной безопасности или МВД и т.д. Сейчас мы приходим к следующей концепции губернаторов-технократов, хотя я не совсем согласен с данным термином, но это в любом случае губернаторы-менеджеры/управленцы. То есть современному губернатору нет необходимости быть политиком.

Мы, кстати, можем лишь порадоваться за наш ВУЗ, потому что уже 12 губернаторов окончили курсы повышения квалификации «Лидеры России», которые проводятся в нем. То есть на сегодняшний день мы можем смело заявить, что РАНХиГС – это кузница новых губернаторов.

 

Автор:  

Андрейченко Иван Андреевич,
Член Политклуба "Парламентской газеты"

Поделиться: